воскресенье, 5 января 2014 г.

Кому они нужны эти МООК?

Kelly, 2013 считают, что большинство онлайн курсов являются отражением борьбы университетов за звание престижного; существование собственных онлайн курсов сейчас тоже считается признаком "элитарности". Эту точку зрения поддерживает Li Yuan, 2013: для образовательных учреждений МООК имеет следующий преимущества: "доступ к образованию, экспериментирование и расширение бренда". Большинство учреждений высшего образования видят развитие МООК как развитие поддерживающих инноваций, способствующих улучшению работы системы высшего образования через эксперименты с новыми формами онлайн обучения.  Например, учреждения edX, такие как Массачусетский технологический институт и Гарвард используют МООК как экспериментальное пространство для того, чтобы понять, как лучше обучать своих же студентов. В государственном университете Сан-Хосе пробуют вводить МООК в традиционные занятия таким образом, что МООК являются для студентов домашним заданием.
И это действительно так, судя по опросам Enterasys Networks. Вот ответы на вопрос «Самая большая ценность представления MOOCs для вуза это» (см. также рис. 4):
·         идти в ногу с развитием образования;
·         повышение видимости, заметности ОУ (расширение бренда);
·         улучшение качества традиционного обучения.


Рис. 4
Большинство элитных вузов весьма активны в движении МООК, напротив, менее престижные вузы США, представлены значительно скромнее. Почему же элитные вузы поддерживают МООК, несмотря на их подрывной характер? Ответов м.б. несколько:
1.       они не считают их подрывными инновациями, способными разрушить систему высшего образования внутри которой они находятся;    
2.       они считают их «неподрывными» для себя, а осуществляют подрыв  другого класса организаций, например, менее престижных традиционных университетов США или других национальных системы высшего образования, считая возможным сохранить и возглавить новую дуалистичную модель: дорогое престижное образование в немногочисленных элитных университетах + массовое и дешевое обучение для всех остальных;
3.       другие преимущества от МООК перевешивают опасность «подрыва»;
4.       иное (что?)
Конечно, польза от экспериментирования с МООК у элитных вузов есть.  В частности, Дафна Коллер в своем докладе на TED-конференции (http://www.ted.com/talks/lang/ru/daphne_koller_what_we_re_learning_from_online_education.html) прямо указала на то, что МООК создают большие массивы педагогических данных, которые в дальнейшем можно использовать для создания и проверки дидактических теорий и разнообразных методических приложений. Так что «активисты» МООК и держатели платформ будут иметь громадные преимущества в теории обучения, особенно, если базы останутся закрытыми.  Кроме того, известно что «сами студенты являются важным вкладом в образование». Именно поэтому селекция на входе – непременный признак престижного университета и чем более престижен университет, тем строже и тщательнее селекция. В МООК селекция может идти на огромном и разнообразнейшем  массиве по сравнению с традиционной селекцией.   Итак,  в качестве вкладов можно выделить: 1) вклад каждого курсанта в большие массивы педагогических данных; 2) большие массивы индивидуальных данных самих курсантов. Задачи же селекции и анализа данных могут быть самыми разнообразными.
Карлос Салерно (ссылка взята из Flynn, 2013) также как и я (да и многие другие) удивлен нелогичностью появления хМООCs, вплоть до того, что считает их тупиковой ветвью эволюции, как неандертальцы на линии эволюции homo sapiens sapiens. Он в статье «Горькая действительность MOOConomics» (http://www.insidehighered.com/views/2012/08/09/real-economics-massive-online-courses-essay) очень логично показывает, почему элитные вузы никогда не будут зачитывать МООК как кредиты в своих образовательных программах.  Его аргументация проста:
«Западные образовательные модели построены на аккредитованном и дипломированном образовании, и такими они останутся в обозримом будущем. В свете этого  университеты и колледжи имеют сильный стимул, чтобы защищать и управлять системой степеней и качеством выпускников, поскольку успешные выпускники непосредственно влияют на престиж учреждения и восприятие обществом их продукции. В автомобильной промышленности, производители накладывают строгие спецификации на комплектующие от сторонних поставщиков, потому что эти компоненты непосредственно влияют на стоимость и качество конечной продукции, но мы почему-то считаем, что университеты будут осуществлять ослабление вступительных стандартов или более того, принимать чужие стандарты качества (т.е. кредитные передачи) принимая при этом на себя ответственность за качество конечного продукта. Это похоже  на требование к General Motors принять комплектующие, частью в метрических, а частью в родных американских,  привычных стандартах, а затем жаловаться, когда заклинивает двигатель. Существует мощная система контроля качества,  встроенная в аккредитованное и дипломированное образование, хотя эти же элементы управления делают образование недоступным для многих. Сами понятия «массовость», «открытость» не совместимы с отбором и качеством в рамках работоспособной модели, которая приносит пользу и организациям и студентам. Тот факт, что самые престижные национальные институты высшего образования являются пионерами МООК можно только приветствовать, ведь исторически они были на переднем крае многих "подрывов" высшего образование в течение нескольких поколений (? это традиция также противоречит ТПИ). У них есть капитал, чтобы поддержать инновационные идеи, кадровый резерв для их выполнения и желание сохранить свою роль в динамичном развитии  отрасли. Однако, MOOК похожи на один из футуристических автомобилей компании Ford Motor, которые в их нынешнем виде просто не готовы двигаться по реальным дорогам.  Все же, очевидно, что MOOК будет сильно влиять на будущее образовательных программ».
На мой взгляд, интерпретировать эту точку зрения можно только в рамках второй причины «раскрутки» МООК: престижные университеты в опережающем темпе «перехватили» инновацию в уверенности, что она не «ударит» по ним или у них хватит запаса прочности, чтобы выдержать такой удар, но при этом придаст динамичность всему высшему образованию и даст плоды, польза от которых превысит потери. Что касается «более слабых» образовательных учреждений и национальных систем образования, то «пусть выживет сильнейший». Иными словами, в США, как и в России возобладала тенденция то ли на уничтожение, то ли на глубокую модернизацию региональных образовательных организаций и структур. Себастьян Тран предложил наиболее радикальный прогноз, что в течение 50 лет онлайн-трансформация высшего образования может уменьшить количество высших учебных заведений до 10.
Кому MOOК угрожают? – задают вопрос авторы Lawton, 2012. Элитные заведения с мировыми брендами  и те, которые имеют, по крайней мере, национальную известность пострадают меньше всего. Они всегда будут иметь рынки потребителей - внутри страны и за рубежом, готовые платить за элитную модель образования. Ясно также, что многие в этом элитном клубе университетов подсчитали, что им нечего терять в присоединении к МООК. В настоящее время, MOOК расширяют сферу своего влияния и спустя некоторые время эти университеты могут увеличить продажу своих курсов на степени за счет МООК. МООК неразрывно связаны с брендом элитного университета. Недаром модель Udacity, в которой ставка сделана не на бренд университета, а на бренд преподавателя, специалиста, автора курса похоже что терпит поражение в конкуренции с Coursera и EDX. 
Угрожают ли MOOК учреждениям, которые специализируются в области дистанционного обучения? Lawton, 2012 отвечают – нет. Сайт Открытого университета Великобритании говорит, что его LearningSpace-портал (600 + бесплатные онлайн- курсы ) является " прекрасным местом , чтобы получить представление о том, чего ожидать от учебы в университете ".  Это не отличается от того, что члены говорят члены консорциума MООК. Возможно, что МООК угрожают существованию кампусных филиалов. Однако есть много примеров и планов, в которых они могут прекрасно сочетаться. 
Авторы Lawton, 2012 видят будущее МООК скорее в педагогических инновациях, при реализации таких моделей, как, например, перевернутое обучение (flipped learning). Однако, насколько открыты МООК для педагогического использования любым вузом? Хотя MOOCs можно считать открытым в смысле "бесплатно попробовать", они не предлагаются под открытой лицензией, отвечает Wellen, 2013. Любое использование содержимого или услуг с академической целью ограничен и требует оплаты  MООК-оператора сети (Coursera, 2013). Поэтому разрушительность МООК ударит по университетам среднего уровня, которые либо должны будут умереть, либо перестать «ориентироваться на Гарвард» и стать чисто «педагогическими, принимающими вузами» нижнего уровня. Как пишет Wellen, 2013 эти учреждения будут делать более прямой акцент на профессиональной значимости своих программ, а также функционировать как доступ к месту наставничества в смешанной модели обучения. Авторы говорят о разделении высшего образования, которое также позволяют устранить неизбежное перекрестное субсидирование, которое поддерживает неэффективные исследования. Новый рынок академического таланта приведет к снижению зарплат и статуса многих преподавателей и приведет к их меньшей автономии по созданию учебного контента и участия в управлении. Ключевая стратегия рынка MOOК заключается в использовании их модульности и массового характера, что позволяет получить достаточно доходов для их генерации, даже если лишь относительно небольшой процент студентов сможет купить высококачественные услуги, или заплатить, чтобы использовать курсы для получения кредита степени. С его обещание расширения охвата лучших профессоров, MООК-промышленность элитных университетов создает ситуацию, когда "победитель получает все", укрепляя однородность содержания.
По ТПИ одним из главных преимуществ учебного разделения является развязывание рыночных сил в сфере высшего образования (далее из Wellen, 2013). Конечно, многие утверждают, что некоторые из самых важных качеств высшего образования находятся под угрозой, когда он рассматривается как рыночной товара…. Это не удивительно, что MOOК стали весьма спорным символом коммодифицированного образования, образовательной стратификации, депрофессионализации педагогической деятельности, и угрозой академическим свободам. Преподаватели, группы и комитеты в некоторых элитных учреждений проголосовали за отказ от участия в развитии MOOК (Kolowich, 2013) и некоторые члены факультетов из потенциальных принимающих учреждений сопротивлялись требованиям администраторов, чтобы  MOOК были приняты в их учебных программах (Kolowich , 2013) .
Итак, отнюдь не вся система высшего образования заинтересована в МООК. Но в подобных подрывных инновациях заинтересованы и другие игроки (Li Yuan, 2013):
•     С точки зрения политиков, МООК могут помочь справиться с проблемой ограничений финансовых средств на образование, понизить цены на образование путем предоставления различных форм высшего образования.

•     Коммерческие организации видят МООК, как способ выйти на рынок высшего образования, создав платформу МООК, став партнерами с уже существующими учреждениями и изучив новые способы предоставления высшего образования. Например, Udacity объединилась с Google, NVIDIA,Microsoft, Autodesk, Cadence, Wolfram для того, чтобы разработать новые курсы, игру HTML5 и новые мобильные приложения

Комментариев нет:

Отправить комментарий